В материалах  Национального института развития современной идеологии, предложенных для обсуждения на круглом столе, указывается,  что  понимание  модернизации только как смены поколений технологий (технологического прорыва)  не вполне продуктивно,  поскольку вопрос  о технологическом развитии  упирается в вопрос о существовании общественной среды, способной к воспроизводству, внедрению и использованию технологий. Для успешной  модернизации необходима соответствующая социально-культурная основа.

 

Мы полностью поддерживаем тезис о том, что  две составляющие модернизации взаимосвязаны между собой: новые технологии производят переворот в сознании, а внедрение новой системы ценностей, трансформация  менталитета людей  вызывает к жизни технические инновации. Нельзя не согласиться с тем, что модернизация должна иметь как технологическую, так и культурную составляющую.  

 

Однако понятие культурной базы модернизации,  на наш взгляд, нуждается в более серьезной расшифровке. В материалах для дискуссии присутствует  хрестоматийный пример – протестантская этика как моральная основа капитализма на начальных стадиях его развития. Однако  пример с «протестантской этикой» применительно к России   многие интерпретируют  в контексте необходимости смены духовной и мировоззренческой парадигмы,  отказа от нашей духовной и исторической идентичности. Это неприемлемо для России.      

 

Есть, однако, и другие подходы. Не могут не радовать только что   прозвучавшие на Круглом столе Государственно-патриотического клуба  слова министра культуры РФ Александра Алексеевича Авдеева,  указавшего,  что в современной ситуации особое значение для нас имеет утверждение собственной идентичности в сочетании с открытостью миру. Слово «идентичность» является здесь ключевым.

 

Сегодня мы говорим не о «модернизации любой ценой»,  а именно об успешной модернизации,  «модернизации без побочных эффектов». Модернизации, которая способствует не усугублению разрыва между различными группами внутри общества, порождая, по терминологии Хантингтона, синдром «расколотой страны», а, наоборот, консолидирует общество, открывая перед ними новые цели и перспективы.

 

Говоря о культурной основы модернизации, мы должны поставить вопрос не только о сохранении культурного потенциала страны,  создании полноценной   инфраструктуры культурной деятельности, поддержку творческих союзов, театров, консерваторий,   художественных и музыкальных школ, музеев, библиотек и.т.д.   Это, если угодно, прикладной аспект культурной политики, который очень важен, но которым она не должна исчерпываться. Помимо этого нужны еще и культурные инновации, всегда сопровождавшие  успешные модернизации ХХ века. Анализируя историю успешных модернизаций, мы видим,  как одновременно с ними возникали новые культурные феномены: новые философские концепции (хиндутва в Индии, концепция культурной сверхдержав и культурной экспансии),  новые жанры искусства (аниме в Японии, ставшее визитной карточкой страны и транслирующей японскую культуру в молодежную среду), даже новые виды спорта (таэквондо в Южной Корее). Стратегической целью  культурных инноваций во всех перечисленных странах  было утверждение культурной и национальной идентичности.       

  

Наша встреча проходит в Государственном Музее современной истории России. Прежде чем попасть на заседание Государственно-Патриотического клуба, участники проходят через зал, где развернута экспозиция, посвященная Русской-Японской войне 1904-1905 годов.

 

Опыт модернизации в Японии, которая вышла из той войны победительницей, должен стать для нас серьезным историческим уроком. Модернизация Японии в конце ХХ века шла невероятно быстрыми темпами, однако происходила она не под лозунгами отказа от национальной идентичности, а, наоборот,  на фоне роста национального самосознания и декларируемой установки на возвращение к традиционным ценностям в политике и этике.    Это было как раз то, чего недоставало большинству наших модернизационных проектов -  и петровскому, и сталинскому,  и даже столыпинскому. Очевидно, в нынешней ситуации мы не должны повторять ошибок прошлого: установка на укрепление нашей идентичности должна стать лейтмотивам работы по созданию культурной основы модернизации.    

 

Мы должны извлечь исторический урок из произошедшего, чтобы не проиграть снова – на этот раз соревнование в конкурентоспособности,  которое идет сегодня в мире между крупными странами – участниками глобальной игры. 

 

Мне кажется глубоко также  символичным, что свое выступление министр культуры РФ А.А.Авдеев начал с вопроса о преодолении коррупции. В самом деле, может ли коррумпированное общество считаться обществом культурным? Основы Законодательства РФ о культуре первое место в списке культурных ценностей отводят нравственным и эстетическим идеалам, нормам и образцам поведения.  Следовательно, культура не может существовать без этики, которая является ее основой.

 

Этика же не существует сама по себе, в отрыве от носителя этического мировоззрения – традиционных религий России,  от крупнейшего религиозного сообщества страны – Русской Православной Церкви. Эта аксиома, как представляется, находит свое отражение и  в идеологии «Единой России». Не случайно в  программном документе партии «Единая Россия», принятом  XI съездом партии в Санкт-Петербурге 21 ноября 2009 года,  говорится: «Традиционные  религии  являются  хранителями  мудрости и опыта поколений,  необходимых для осмысления  и решения актуальных социальных проблем».

 

Нас радует также,   что в  презентационных материалах Государственно-Патриотического клуба мы видим приветствие Святейшего Патриарха Московского и Всея Руси Кирилла  организаторам и участникам обсуждения инициативы «Декалог XXI», состоявшегося на совместном заседании ГПК и Фонда «Русский предприниматель» под эгидой Всемирного Русского Народного Собора  19 января нынешнего года.

 

Принятые на Всемирном Русском Народном Соборе «Свод нравственных правил хозяйствования», программный документ Всемирного Русского Народного Собора «Будущие поколения – национальное достояние России»,  сама инициатива  «Декалог ХХI» принадлежат к числу социальных и культурных инноваций, направленных на внедрение в нашем обществе тех «нравственных идеалов, стандартов и образцов поведения»,  которые позволят в полной мере задействовать человеческий фактор в процесс модернизации страны.

 

Будучи построены на социально-философской и социально-культурной интерпретации Десяти Заповедей Библии,  составляющих фундамент православной этики, созвучных этических представлениям мусульман, иудеев, буддистов,  они  дают возможность создать принципиально новую систему нравственных и культурных координат, в который линия модернизация будет очерчиваться не зигзагами и срывами, а восходящей прямой.